Since 1884, St Andrew's neo-gothic building has been a magnet for the Russian capital’s English-speaking community, foreign and Russian alike.
Below follows the first of an ongoing series of articles about the history of that community which purchased the land on which St Andrew’s sits in the aftermath of the Napoleonic War.
This series is authored by Pat Davis Szymczak, church warden and head of St Andrew’s post-Soviet restoration effort.
С 1884 года неоготическое здание церкви Святого Андрея притягивает англоязычное сообщество Москвы — как иностранцев, так и россиян.
Это первая статья из серии, посвящённой истории этой общины, которая приобрела участок под церковь Святого Андрея сразу после Наполеоновских войн.
Автор серии — Пэт Дэвис Шимчак, церковный староста и руководитель постсоветского восстановления Святого Андрея.
Since 1884, St Andrew's neo-gothic building has been a magnet for the Russian capital’s English-speaking community, foreign and Russian alike.
Below follows the first of an ongoing series of articles about the history of that community which purchased the land on which St Andrew’s sits in the aftermath of the Napoleonic War.
This series is authored by Pat Davis Szymczak, church warden and head of St Andrew’s post-Soviet restoration effort.
С 1884 года неоготическое здание церкви Святого Андрея притягивает англоязычное сообщество Москвы — как иностранцев, так и россиян.
Это первая статья из серии, посвящённой истории этой общины, которая приобрела участок под церковь Святого Андрея сразу после Наполеоновских войн.
Автор серии — Пэт Дэвис Шимчак, церковный староста и руководитель постсоветского восстановления Святого Андрея.
The story of St Andrew's is bound intimately with the story of the industrial revolution and the British factory owners who exported that revolution to Russia from northwest England and from Scotland.
The first English merchants had arrived in Muscovy at the Court of Ivan IV in 1553 and were in fact the first foreigners allowed to worship according to their own customs. Businesses moved out of Moscow when commerce relocated with the capital to St Petersburg in the early 18th Century.
But as Moscow rebuilt from the fire of 1812, a new breed of Briton was on the move — adventurers who were much more than merchants who buy and sell; these were industrialists who built factories and imported machinery to mass-produce goods in the countries where they settled.
Managing Factories Across Central Russia from a Moscow Base
For those who came to Russia, Moscow was an ideal base of operations. As this new British community grew and prospered, building a church where families could gather for prayer and fellowship became a priority. It is here that the Story of St Andrew's begins.
In 1825, the Anglican priest in St Petersburg, the Rev Dr Edward Law, secured an agreement with The Russia Company to help establish a new church in Moscow, and provide annual support. The Russia Company was originally chartered in 1555 by Queen Mary Tudor as The Muscovy Company to manage England's trade with Russia. Today it is a small charity run by descendants of British families who lived in St Petersburg in the 18th and 19th Centuries. Their sole mission is to support St Andrew's.
Moscow's British community lost no time in purchasing a small estate and land at 8 Voznesensky Lane, a 10-minute walk to the Kremlin. The Anglican churchwarden who signed the property deed was a member of the Colley family that had settled in Moscow in the 18th Century and whose descendants reside in the Russian capital to this day.
Builders converted the house on the property into what became known as The British Chapel. It opened for public worship in 1829 and served the community for half a century before falling into disrepair. St Andrew's is in fact the third building to be situated on that original foundation. Interestingly, during 2018 restoration work on the West Wall, workers uncovered an inner layer of charred bricks, which are thought to have been blackened in the Great Fire of 1812.
A Church Quintessentially English in its Construction
Construction started on the new church in 1882 and ended in 1884; costing a total of 16,000 GBP. In an article on the occasion of the first service at St Andrew's in the autumn of 1884, The Manchester Chronicle noted that the British community in Moscow had felt that their church "must be quintessentially English in its construction."
They hired Bolton architect Richard Knill Freeman who provided plans for churches to British communities throughout the empire and had business ties to some of St Andrew's leading families from Lancaster.
Freeman visited Moscow only once, in 1883, to ensure that his design and instructions were being carried out. Day-to-day supervision of the project was entrusted to local architect B.V. Freidenberg. St Andrew's was named not surprisingly in honour of the patron saint of Scotland and of Russia.
Prophetic 1885 Consecration Sermon Foreshadows a Revolution
Bishop Jonathan Holt Titcomb – the Bishop of London’s coadjutor for North and Central Europe. traveled to Moscow and consecrated St. Andrew's Anglican Church on January 25, 1885. During that service he declared St Andrew’s to be “an open door that no man can shut.”
This quote is actually rooted in Revelation 3:8: "I know thy works: behold, I have set before thee an open door, and no man can shut it: for thou hast a little strength, and hast kept my word, and hast not denied my name."
Bishop Titcomb’s prophetic message seemed to remind the community that whatever trials they may suffer, their purpose and presence in Moscow is divinely protected.
The bishop’s message would be put to the test in the aftermath of the 1917 revolution. But as God always does have the last word, St Andrew’s door did, after 80 years of darkness, reopen.
История церкви тесно переплетена с промышленной революцией и британскими фабрикантами, принесшими её в Россию из северо-западной Англии и Шотландии.
Первые английские купцы прибыли в Московское государство ко двору Ивана IV в 1553 году и стали первыми иностранцами, которым разрешили исповедовать веру по своим обычаям. В начале XVIII века, когда столица переместилась в Санкт-Петербург, деловая жизнь последовала за ней, и торговля ушла из Москвы.
Но по мере того как Москва поднималась после пожара 1812 года, в Россию направилась новая волна британцев — уже не просто торговцев, а людей, которые строили фабрики и привозили оборудование для массового производства на месте.
Управление фабриками в Центральной России из Москвы
Для тех, кто приезжал в Россию, Москва становилась естественной базой. По мере роста общины строительство собственной церкви — места молитвы и общения — стало очевидным шагом. С этого и начинается история Святого Андрея.
В 1825 году англиканский священник в Санкт-Петербурге, преподобный доктор Эдвард Ло, договорился с Русской компанией о содействии созданию церкви в Москве и её ежегодной поддержке. Основанная в 1555 году королевой Марией Тюдор как Московская компания, она управляла английской торговлей с Россией. Сегодня это небольшая благотворительная организация, которой управляют потомки британских семей, живших в Санкт-Петербурге в XVIII–XIX веках. Её единственная задача — поддержка Святого Андрея.
Британская община Москвы быстро приобрела участок с усадьбой по адресу Вознесенский переулок, 8 — всего в десяти минутах ходьбы от Кремля. Документ о покупке подписал англиканский староста из семьи Колли, обосновавшейся в Москве ещё в XVIII веке; её потомки живут здесь до сих пор.
Дом на участке перестроили в так называемую Британскую часовню. Она открылась для богослужений в 1829 году и прослужила около полувека, прежде чем обветшала. Нынешнее здание Святого Андрея — уже третье на этом месте. Во время реставрации 2018 года в западной стене обнаружили внутренний слой обожжённого кирпича — вероятно, след пожара 1812 года.
Церковь, задуманная как подлинно английская
Строительство нового здания началось в 1882 году и завершилось в 1884-м; общая стоимость составила 16 000 фунтов стерлингов. В публикации The Manchester Chronicle по случаю первого богослужения осенью 1884 года отмечалось: британская община Москвы считала, что их церковь «должна быть по своей конструкции подлинно английской».
Проект поручили архитектору из Болтона Ричарду Книллу Фримену, автору церквей для британских общин по всей империи и человеку, связанному деловыми отношениями с рядом ключевых семей прихода Святого Андрея из Ланкашира.
Фримен приехал в Москву лишь однажды — в 1883 году, чтобы проверить, как реализуется его проект. Повседневный контроль за строительством вёл местный архитектор Б. В. Фрейденберг. Церковь, вполне ожидаемо, получила имя святого покровителя Шотландии и России.
Проповедь 1885 года, оказавшаяся пророческой
Епископ Джонатан Холт Титкомб, помощник епископа Лондона по Северной и Центральной Европе, прибыл в Москву и 25 января 1885 года освятил церковь Святого Андрея. Во время службы он назвал её «открытой дверью, которую никто не может затворить».
Эти слова восходят к Откровению 3:8: «Знаю твои дела; вот, Я отворил перед тобою дверь, и никто не может затворить её; ты немного имеешь силы и сохранил слово Моё, и не отрёкся имени Моего».
В его словах звучало напоминание: какие бы испытания ни ждали впереди, присутствие этой общины в Москве находится под божественной защитой. Это утверждение прошло суровую проверку после революции 1917 года. И всё же, спустя 80 лет тьмы, двери Святого Андрея вновь открылись.